francesco del cossa
«Триумф Венеры». Фреска Франческо дель Косса


Даже в нашем дивном постиндустриальном мире сложно без иронии именовать себя художником. «Ты художник? Ну понятно, а деньги ты чем зарабатываешь?» — тут же поинтересуется собеседник. А уж до XVI века такой эфемерной штуки как самосознание творца — носителя культурных ценностей — не было вовсе. Как же оно появилось?

Павел Алешин, специалист по искусству эпохи Возрождения, демонстрирует свой перевод письма Франческо дель Косса к заказчику, одно из свидетельств этого зарождающегося самоощущения.

Предлагаю Вам прочитать в моем переводе еще один небольшой, но интереснейший документ эпохи Возрождения, свидетельствующий о возрастании самосознания художников, начинавших сознавать себя не ремесленниками, но творцами, носителями культурных и духовных ценностей. Это письмо Франческо дель Косса, феррарского живописца, расписавшего восточную стену в знаменитом Зале Месяцев в Палаццо Скифанойя, к герцогу Борсо д’Эсте, в котором он жалуется на недостаточную оплату своего труда. При этом стоит оговориться, что процесс изменения восприятия художников в обществе был сложным и постепенным, и, ясное теперь нам возмущение замечательного художника, было непонятным его заказчику: Борсо не стал доплачивать Франческо дель Косса, и тот, недовольный, вскоре уехал из Феррары в Болонью. Для эпохи Кватроченто характерным было, за редкими исключениями, отношение общества к художникам как к ремесленникам (кардинально ситуация эта изменилась в XVI веке). С художниками составлялся договор, в котором заранее предусматривалась плата, причем что-то из нее могло быть даже вычтено, если заказчик останется недовольным исполнением работы (см., например, этот договор, заключенный с Доменико Гирландайо:http://paleshin.livejournal.com/36605.html ). Интересно, что и сам Франческо дель Косса не отрицает существующие порядки: в конце письма он говорит, что доплата может быть представлена как индивидуальный дар герцога (а такие денежные “подарки” ренессансные правители часто делали), чтобы у других художников не было основания тоже просить о пересмотре своей оплаты. Тем не менее, Косса осознает, что живопись – это не ремесло, а искусство, и что его работа – лучше, и в этом он пытается убедить герцога, ссылаясь, в том числе, на мнение своих коллег.


Славнейший Государь и Великолепнейший Господин, мой единственный Господин. Недавно с другими художниками я обращался к Вашей Светлости вместе насчет оплаты за роспись зала в палаццо Скифанойя, на что Ваша Светлость ответили, что оплата была установлена. Славнейший Государь, я не хочу быть одним из тех, кто докучает Пеллегрино да Пришано и другим. Поэтому я сам решил обратиться прямо к Вашей Светлости, поскольку через их посредничество могло бы показаться, что я из числа тех, кто могут быть довольны и кто могут даже считать, что им переплатили, выплатив 10 болоньини. И напоминаю, обращаясь к вам, что я Франческо дель Косса, который сам целиком расписал 3 стенные секции около антикамеры. И поэтому, Славнейший Государь, если Ваша Светлость не пожелает дать мне не более 10 болоньини за фут, и даже если я потеряю от 40 до 50 дукатов, так как я продолжаю жить все время за свой счет, я мог бы быть счастливым и довольным. Но так как есть другие обстоятельства, это причиняет мне страдания и печаль. И особенно учитывая, что я, чье имя уже стало довольно прославленным, был воспринят и оценен, и сопоставлен с самыми худшими подмастерьями в Ферраре. И что мое мастерство, которому я продолжаю обучаться, не может в таком случае получить большего вознаграждения, и особенно от Вашей Светлости, чем работа тех, кто уклоняется от такого обучения. Конечно, славнейший государь, это не может не питать внутри меня мои страдания. И поскольку мой труд показывает то, что я сделал и что я использовал золото и хорошие краски более дорогостоящие, чем те, что использовали другие, обошедшиеся без стольких усилий и затрат, мне это кажется удивительным. И я утверждаю, Государь, поскольку все фрески я писал именно так, усердно, что моя работа хорошая и превосходит другие, и это известно всем мастерам искусства. Тем не менее, Славнейший Государь, я припадаю к ногам Вашей Светлости. И прошу, если для вас является возражением, что я не хочу делать для тебя, поскольку буду вынужден сделать это для остальных, мой Государь, чтобы вы могли сказать, что оценено было именно это. И если Ваша Светлость не пожелает расценить именно так, я прошу, чтобы вы пожелали дать мне, если не все, что я заслужил, хотя бы часть этого, какую вы сочтете возможной по вашей милости и великодушию, как дар: и как милостивый дар я приму это и таковым [это вознаграждение] объявлю.
Рекомендую себя Славнейшей Вашей Светлости,
Феррара, в 25 день марта 1470,

Славнейшего Господина, вашей Светлости, нижайший слуга
Франческо дель Косса


P.S.
1.Пеллегрино да Пришани, - гуманист, ученый, составивший программу декорации Зала Месяцев. То, что Косса пишет, что не хочет докучать ему и другим (то есть, другим придворным герцога), а обращается напрямую к Борсо, объясняется тем, что, хотя заказчиком являлся герцог, но все переговоры с художниками, как правило, велись не им лично, но через посредников, которым выступал в этом случае и Пришани.
2. Болоньино – монета, которую чеканили в Болонье в Средние Века и в эпоху Возрождения.


Обсудить в блоге автора

носителями культурных ценностей художников сделала пропаганда времён империализма