Коллективное сознательное (lj_editor) wrote in lj_editors,
Коллективное сознательное
lj_editor
lj_editors

Categories:

Архивы ЖЖ: Андрей Грязев: "Я стал лучше разбираться в людях"

Режиссер фильма "Завтра" о скандально-известной группе "Война", полтора года жил с героями картины. Он рассказал редакции LiveJournal.ru, чему его научил этот фильм и что ему дала позиция наблюдателя.


Редакция LiveJournal.ru
То, что начиналось с воровства - стало протестом. Как вы сами относитесь к группе «Война», ее членам и их акциям?

Андрей Грязев: А то, что в остальном мире считается уголовным преступлением, у нас принимается как современное искусство. Есть распространенное мнение конечно, что это политические акции, но при обсуждении целей и задач мнения расходятся. И все вдруг резко захотели увидеть эти ответы в моем фильме. Но не увидели, потому что первоисточник не дает прямых ответов. Первоисточник как раз волен только ставить вопросы, обсуждение, которых приводит к таким брожениям в умах. Точных формулировок, которые говорили бы однозначно о группе Война и были приняты абсолютно всеми, просто не существует в природе, и не будет существовать никогда. Кто этого ждет, просто нерешительный человек, боящийся сделать свои выводы и ждущий голоса свыше. Свое мнение и отношение к группе Война многие люди сложили еще несколько лет назад. И то, что фильм заставляет этих людей, со своей устоявшейся позицией, влезать в новые обсуждения, говорит о многом.
Война это мастера, прежде всего жестоких спекуляций на волнующие темы. Люди, которые пытаются самоутвердиться через тотальный эпатаж.

Если разбирать акции, с точки зрения художественного акционизма, то это по стилистике ближе всего к постановочному шоу с заранее известным результатом и привлеченной публикой. Это как продавать билеты в цирк. Исходя из своей программы, ты можешь рассчитать интерес зрительской аудитории. И для этого даже не обязательно ставить своей целью серьезное высказывание.




Редакция LiveJournal.ru В фильме вы ставите диагноз, задаете вопросы, но лечите. Что дает вам позиция наблюдателя?

Андрей Грязев: Позиция наблюдателя дает чистоту взгляда, не замыленного общественным мнением и всевозможными предрассудками. Она помогает взглянуть на группу Война под уникальным ракурсом, без мифа Войны, построенного на жесткой цензуре всех публикаций о себе. Любой журналист, берущий у группы интервью, был вынужден согласовывать каждое напечатанное слово. В результате журналисты писали о группе только лестные статьи. Так работает манипуляция общественным мнением посредством СМИ.

Министерство культуры, давшее группе Война премию Инновацию, стало неким серым кардиналом. Теперь все кто раньше считал Войну хулиганами, загадочно говорят: “а вот Министерство культуры, считает это искусством” и беспрекословно принимают их как художников. Есть же пример, который лежит просто на поверхности. Pussy Riot, за панк концерт, могут дать реальный срок, а Войне Дворцовый переворот просто простили, признав ущерб в 8000 рублей не существенным для государства.

Я хочу заметить, что только в России ждали от фильма некоего героического эпоса, а Европа давно приняла фильм как срез еще неокрепшего гражданского общества в загадочной России, в которой безнаказанно переворачивают полицейские машины и жгут автозаки, а преследуют за пощечину букетом цветов или песню в храме. Почему такая разница? Просто акции Войны никогда не несут в себе открытое послание или призыв, всегда присутствуют трактовки и варианты.
Позиция наблюдателя и помогла отделить от фильма лишний груз фальшивого имиджа. Группа Война именно такая на самом деле, как это показано в фильме, художники-провокаторы, а не такая как этого хотят показать сами участники группы – революционеры-подпольщики. Это общеизвестная проблема и опасность показать известного документального персонажа, не так как его уже принято воспринимать. Всего лишь два слова – Сталин и тиран, смогли располагаться рядом друг с другом только через годы.




Редакция LiveJournal.ru Какова допустимая степень вмешательства режиссера в происходящее?

Андрей Грязев: Это решает лично каждый режиссер и иногда его позиция по какому-либо вопросу вырабатывается не заранее, а практически мгновенно. Например, я всегда спокойно снимал разборки ребят с охранниками после воровства в магазинах, потому что для них это было чем-то игрой, поддержкой себя в тонусе. Но вот когда один из активистов группы Олег Воротников, не совладав с нервами, начинал бить свою беременную жену ногами, я просто откидывал камеру в сторону и вмешивался.

А вот как назвать моменты съемок, когда во время мелких правонарушений все участники группы просто разбегались, а я с камерой оставался один на один на разборки с охранниками? Чистой подставой это сложно назвать, но вот проявлением трусости со стороны активистов, уж можно обозвать сто процентно.
Ты можешь так глубоко влезть в человека, что увидев его изнутри просто не захочешь открывать для зрителя всей правды. Потому что даже капля этой правды, может вызвать у зрителя обвинения режиссера в спекуляции, а что говорить о 2-х каплях?




Редакция LiveJournal.ru Что бы сказали герои ваших предыдущих фильмов о группе «Война» (Саня, Воробей)?

Андрей Грязев: Они даже про себя фильм не видели. Потому что в документальном кино главная аксиома – это не стоит показывать герою фильм про себя, потому что каждый себя считает героем, а не обезьяной перед зеркалом.
Правила игры всегда принимаются до ее начала. Или герой изначально разрешает снимать все и не высказывает больше никаких претензий, либо пусть снимает кино про себя сам. Мое условие так и звучало: “Я снимаю вам любые ролики, но фильм это мой проект”. Так что в накладе никто не оставался. А то, что Война поступит просто по-свински и откажется от своих слов, то этого и следовало ожидать. Это все равно, что не заплатить бабке, которая принимала роды у КЗ. Причем так обстояло дело и с Каспером, и со вторым ребенком.
Ну, а мои герои предыдущих фильмов, сказали бы примерно следующее:
“И за эту х... дают гос премии и еще до п... денег? Тогда в жизни я ничего не понимаю”.


Редакция LiveJournal.ru Что вам лично дали съемки этого фильма?

Андрей Грязев:Я стал лучше разбираться в людях. Во время съемок я увидел на примере Войны, насколько легко можно играть на заблуждениях людей. Статей и мнений о фильме большое количество и что самое главное – они практически все разные. Когда документальный фильм, описывающий недавние известные события, вызывает такой шквал обсуждения, это хорошо показывает общество, склонное к пропаганде.
Я понял, что у нас, может быть, и есть свобода слова в прессе, но у многих журналистов нет желания для свободы высказывания. Не могут же журналисты, получающие деньги от государства в своих статьях постоянно хвалить фильм. Вот и приходится оправдывать повышенный коэффициент трения самой темы фильма, тем, что фильм просто трусливый и плохой.

И, наверное, главный мой аргумент - после выхода фильма я стал больше ценить Закон. Невероятные метаморфозы произошли и с моими героями, членами группы Война. Во время своей деятельности они сознательно переступали закон в той или иной степени, не шли ни на какое сотрудничество с судебной системой и на слуху было их известное высказывание “Судьи идите на х..”. Зато после Мировой премьеры на Берлинском кинофестивале, они уже во второй раз пытаются подать на меня в суд, цитируя Уголовный и Административный кодекс и фактически упрашивая Фемиду о своей защите. Можно сказать, что фильм, показав Войне истинное ее лицо, изменил их бунтарскую натуру. Это равносильна тому, что если бы мышонок Микки Маус, пытался доказать Диснею, что он злобная крыса.

Tags: editors, интервью, кино, телевидение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment