Коллективное сознательное (lj_editor) wrote in lj_editors,
Коллективное сознательное
lj_editor
lj_editors

Categories:

Уроки географии



Новый персонаж? Архетип? Или вечный русский герой?

Писатель, переводчик и ученый Владимир Емельянов ставит главного героя фильма (именно фильма, а не книги!) «Географ глобус пропил» — Служкина, в один ряд с персонажами из кино и пьес 60-х, 70-х, 80-х годов. И сравнивает — как изменилось наше общество, отношения между людьми и что теперь делать.

Посмотрел сегодня этот фильм.
Это вечный русский герой: Веничка в 60-х, Зилов в начале 70-х, Бузыкин в конце 70-х, герой (не помню имя) из «Полетов во сне и наяву» в начале 80-х.
Но.
Есть одна большая разница.



Веничка (слева) и Зилов из «Утиной охоты» Вампилова в исполнении Хабенского

Все такие герои в более-менее нормальном обществе — не жильцы. Они или кончают с собой, или погибают от руки злодея. Почему? Потому что в нормальном обществе они составляют меньшинство. Их, конечно, жалко, но посвятить себя заботе о них нормальное общество не может, поскольку имеет более масштабные планы своего развития.
Хор остается жить и работать, Герой гибнет. Светлая память герою!



Бузыкин из «Осеннего марафона» в исполнении Басилашвили (слева) и Сергей Макаров из «Полетов во сне и наяву» в исполнении Олега Янковского

Но теперь наступили времена, когда, по слову Бродского, гибнет не герой, а хор.

Так вот, Служкин, фигура из середины 90-х, не будет рефлексировать по поводу своей никчемности или пытаться покончить с собой. Потому что вся страна уже покончила с собой, и он теперь — из большинства. Для него то, где он оказался, является единственной действительностью, и происходящее вокруг все время подтверждает это. У Зилова был Кушаков, у Бузыкина — тот редактор, который потом отдает Скофилда Варваре (а надо сказать, что он ждал до последнего, зная талант непутевого переводчика), у героя Полетов — тот начальник, кого играет Табаков, и за этих людей можно было зацепиться. У Служкина такого человека нет. Кругом хаос, и каждый выплывает в одиночку.

Помнится, бандит Филипп из Интервенции говорил, что нельзя пройти по улице, не встретив наполеона. Но это во время революции. А во время распада нельзя никуда деться от служкиных. Кругом одни служкины, и все хотят, чтоб их жалели и о них заботились. Ну ладно, это потерпеть можно. И даже пожалеть можно. Но когда служкины начинают заявлять о себе как о новых святых, вот тут, на этой светлой ноте, хочется послать их куда подальше.



Маша и Служкин, фильм «Географ глобус пропил»

Что ново в «Географе» в сравнении с архетипом Венички? Разумеется, набоковское приращение, Гумберт и Лолита, педофильский разворот финала. Вся святость служкиных, оказывается, в том, что они не могут обесчестить школьницу, которую желают и которая взаимно желает их. Зилову-Бузыкину в страшном сне не приснился бы такой сюжет. Зачем нужна именно школьница? Ах да, единорог и девственница, старо как мир. Впрочем, невкусно для нормального человека.

Но если отвлечься от архетипов, то сама по себе Маша Большакова интересна. У нее взгляд прагматика. Она серьезна и без иллюзий. Она уже сейчас понимает, что, как ни люби Служкина, а для достойной жизни он непригоден. Поэтому выходить нужно за…



Маша

И вот тут интересный поворот, данный буквально парой намеков. Маша говорит Служкину, что, хотя Овечкин все делает правильно, она его не любит. И тут же мы видим, как катамаран, возглавляемый Овечкиным, проходит гибельный порог. А назначил Овечкина капитаном сам Служкин. Дальнейшее совершенно ясно. Маша, в конце фильма пожелавшая уволенному Служкину удачи и по-прежнему любящая его, со временем сделает выбор именно в пользу Овечкина (или одного из овечкиных). Потому что Овечкин надежный, он все делает правильно. Привет фильму «Июльский дождь», где все кончается наоборот и героиня Е. Ураловой делает выбор в пользу одного из служкиных (ее явные симпатии на стороне Жени — романтичного алкоголика из телефонной будки) и отказывает овечкину-Володе. Отдав свою жену надежному и денежному (анаграмма) Будкину, Служкин подталкивает свою — даже не любовницу, но саму любовь — навстречу тому, кого он сам назначил отвечать за жизнь коллектива. Святость ли это или простое уклонение от ответственности?



Елена из фильма «Июльский дождь» в исполнении Евгении Ураловой

UPD.: Мне тут напомнили про «Доживем до понедельника». И... вот когда становится по-настоящему страшно. Степень деградации определяется точно. Если для одинокого Мельникова, живущего с мамой, влюбиться в молодую учительницу из числа бывших учениц представляется невероятным бесстыдством и он всячески уклоняется от ее общества, то Служкин открыто признается в любви ученице, которая еще не окончила школу. Почему стыдится Мельников? Потому что он учитель по призванию и знает, что отношение учителя к ученику подобно родительскому. А Служкин — и учитель по чистой случайности, и в детали своих отношений с учениками не входит.



Мельников из фильма «Доживем до понедельника» в исполнении Тихонова

Обсудить в блоге автора
Tags: editors, кино, книги
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author