Преданные читатели гоняются за автографами кумиров. Но кто из них задумывается о том, что каждая памятная надпись на форзаце может даваться писателю мучительно? Блогер и историк sergeytsvetkov делится воспоминаниями поэтов прошлых веков о том, как иногда «сделать надпись на книге труднее, чем написать книгу».

sergeytsvetkov пишет:
Луи Тома рассказывает, что он застал как-то Анри де Ренье, занятого надписыванием двухсот экземпляров только что вышедшей новой книги. Он спросил писателя, как он может найти для каждого адресата соответствующие слова.
— Это совсем просто, — ответил Ренье. — Дамам и академикам я пишу «с уважением». Знакомым — «с чувством дружбы». А тем, с кем я никогда не встречался, — «с приветом». Вот и все.

***
Блок говорил, что для него сделать надпись на книге труднее, чем написать книгу. Он иногда долго думал, как бы надписать кому-либо из друзей новый сборник стихов и в конце концов писал:
«На добрую память».
Или, при более холодных отношениях:
«С рукопожатием».
«С рукопожатием» была его излюбленной формой.
(Георгий Адамович. Отклики. В кн.: Сомнения и надежды. М., 2002. С. 355)

***
Владимир Маяковский на одном из поэтических собраний рассказывал о своей встрече с Блоком в 1921 году:

«Жил я в то время, о котором идет рассказ, на Гороховой, недалеко от Блока. Собрались мы печь блины. Заниматься кухней мне не хотелось, и я пошел на пари, что пока блины будут готовы, я успею сбегать к Блоку и взять у него книгу его стихов с посвящением. Побежал. Прихожу к Блоку.

— Так и так, уважаемый Александр Александрович; высоко ценя ваш изумительный талант (вы уж знаете, я, если захочу, могу такого залить) и т.д. и т.д., вы бы мне, конечно, книжечку Ваших стихов с посвящением.
— Хорошо, хорошо, — говорит Блок; берет книжку своих стихов, выходит в соседнюю комнату, садится и думает. Десять минут, двенадцать минут... А у меня пари и блины. Я просовываю в дверь голову и говорю: «Александр Александрович, мне бы что-нибудь...» Наконец написал. Я схватил книжку и бегом помчался домой. Пари я выиграл. Смотрю, что Блок написал: «Владимиру Маяковскому, о котором я много думаю». И над этим надо было семнадцать минут думать!

То ли дело я: попросил у меня присутствующий здесь поэт Кусиков мою книгу с посвящением. Пожалуйста. Тотчас я взял «Все, сочиненное Владимиром Маяковским» и надписал:

Много есть на свете больших вкусов и маленьких вкусиков;
Кому нравлюсь я, а кому Кусиков.


Владимир Маяковский».

Обсудить в блоге автора

Comments have been disabled for this post.