Коллективное сознательное (lj_editor) wrote in lj_editors,
Коллективное сознательное
lj_editor
lj_editors

Криптовалюта: в поисках унивесальной денежной единицы



«Всё моё», — сказало злато;
«Нет, моё», — сказал булат.
«Всё куплю», — сказало злато;
«Вот те хрен!», — сказал булат.
Неизвестный французский поэт, 1816


«Сила» той или иной валюты измеряется отнюдь не в материальных ценностях, ВВП или золотом запасе. Аналитик crustgroup подробно рассказал нам о потребности человечества в эталоне материальной ценности, обесценивании золота и поисках замены ему.

Золото — это лишь один из эпифеноменов цивилизации.

Эпифеномен — это придаток к к какому-либо основному явлению, побочное явление, сопутствующее другим аспектам физического мира, но не оказывающее на них никакого влияния. Именно таким, в общем-то незначащим моментом цивилизационного развития и является презренный жёлтый металл.



Но, в силу нашего восприятия мира нашим несовершенным сознанием мы часто тянем в сторону золота совершенно невозможные свойства, которые отнюдь не являются уникальными или исключительными для данного металла.
Одним из таких свойств является пригодность и незаменимость золота в виде единого эквивалента стоимости.
На самом деле, несмотря на длиннейшую историю золота, как такового эквивалента — это лишь один из возможных вариантов единого эквивалента, причём отнюдь не самый удачный.

Вы хотели послушать о золоте? Рассказываю.

Любой эквивалент стоимости необходимо "держать на плаву". В первую очередь — в собственном сознании. Потому что он — эквивалент. Ну а потом уже "единый" и "стоимости". Это уже определение и дополнение к основному подлежащему, коим и является "эквивалент". <...>

То есть, по факту, вопрос ценности золота в нашей культуре — привитой, наносной и индуцированный. С чем это связано?

По факту, ценность денег и любого эквивалента стоимости нами воспринимается не напрямую, а опосредованно. По результатам использования денег или любого эквивалента стоимости мы получаем некоторые, уже реальные феномены нашей повседневной жизни. Феномены приятные, которые мы уже можем считать некими мотивациями для себя лично. И феномены наблюдаемые.

Ещё раз — деньги не есть ценность или стоимость сами по себе. Они лишь отражение реальных вещей и не могут быть самодовлеющей единицей. Они — не более, чем эпифеномен, фата-моргана и плод нашего собственного ума. Мем, который стал самоценностью и самоцелью для многих. Но, на самом деле, деньги всегда — не более, чем бумажки. А золото всегда — не более чем тяжёлый жёлтый металл.

<...>

Зачем же люди придумали деньги?

Практически любое социальное взаимодействие мозг автоматически расценивает как набор неопределенностей и вероятностей. И в таких условиях психика с энтузиазмом ухватывается за возможность обрести какой-то устойчивый стимул и неизменную мерную единицу. Поэтому всем нравятся деньги, будь то купюра в сто долларов, кусок золота или ракушка каури.


В нашем веке на смену материальным носителям «эталона ценности» пришел эталон цифровой. Точнее мы, люди, пытаемся его создать. Одна из таких попыток — биткоин.

Bitcoin (от англ. bit — единица информации «бит», англ. coin — «монета») — пиринговая электронная платёжная система, использующая одноимённые единицы для учёта. Различные банковские и финансовые структуры характеризуют биткоины как «цифровую валюту», «децентрализованную виртуальную валюту» и «криптовалюту».

Сеть по производству биткоинов полностью децентрализована и не имеет администратора. Bitcoin можно использовать для электронной оплаты товаров/услуг у продавцов, готовых их принимать. Их можно обменять на обычные (фиатные) деньги через специализированные площадки.

Мы часто наделяем деньги многими функциями, которые им совершенно не присущи.

В действительности — это не более, чем смешные жёлтые кружочки и цветные фантики, за которыми нам хочется увидеть всё то, чего нам так истово не хватает в жизни: признания и дружбы, любви и семейного счастья, восхищения гармоничными и красивыми вещами и простой сытости в собственном желудке.

Потом я предложил читателям подумать о том: насколько одинаково полезны для них первый заработанный ими рубль и 100 000-й?

Вопросы эти не праздные, поскольку именно эти два момента: убывающую полезность денег и ограниченность и косвенность методов оценки данной полезности — я хочу рассмотреть на примере новой, модной ноне валюты — биткоина.

Ну и показать заодно апологетам «нового, дивного мира», что дорожка из золотых монеток со стилизованной буковкой B приведёт нас всё равно к ямке на Поле Чудес, в который доверчивые Буратины цифрового века будут согласны закопать свои труды в тщетном ожидании золотого дождя в Стране Дураков. <...>



Как видите, на сегодняшний день в мире обращается уже около 10 миллионов монеток из возможных к выпуску 21 миллиона.

Причём график данного выпуска не изменить никакими способами: при подключении к сети соответствующей дополнительной мощности темпы «фарминга» монеток упадут пропорционально, чтобы скомпенсировать таковые усилия биткоин-сообщества.

Эта особенность биткоин-алгоритма не раз превозносилась в виде его невъебенной оригинальной фичи, которая для масс звучала следующим образом: «вот видите, в системе биткоин нельзя создать деньги из ничего, в ней невозможна порча денег и неуправляемая инфляция». Типа: нет у нас спекулянтов, не может у нас случиться «чёрный понедельник».

Да, это так. Это означает, что биткоинок к 2020 году будет 18 миллионов, и не миллиончиком больше. Никто не может «допечатать» биткоинов. Точнее, «почти не может», но об этом — чуть ниже.

Однако вам уже должно было броситься в глаза одно из разительных отличий биткоин-системы от уже упомянутой мною теории предельной полезности денег. В которой каждый следующий рубль (доллар, тугрик) должен обходится вам всё дешевле и дешевле — иначе вы просто потеряете мотивации к их «производству» в мире фиатных (обычных — прим.ред.) денег.

Каждый следующий биткоин обходится биткоин-сообществу всё дороже и дороже. Я пока не говорю о некоей рыночной стоимости биткоинок, я лишь оперирую затратами машинного времени, которые затрачиваются на каждую следующую монетку.

Ведь это не только затраты на некий виртуальный конструкт, но и целые поля «цифровых ферм», которые добавляют биткоины в систему:



При этом, как я уже упомянул, в принципе, общий выигрыш биткоин-системы — лишь функция времени. «Кто первый встал — того и тапки». Сегодня увеличение вашей личной биткоин-фермы вдвое, вдесятеро или даже в сто раз мало что изменит в вашем личном выиграше — а тем более не позволит никогда вам догнать кого-то из тех, кто вступил в борьбу за «длинный биткоин» в самом начале. <...>

Во-первых, вспомним: любая валюта привязана к некоему объёму материальных благ и все валюты конкурируют между собой за представление этих материальных благ и связанных с ними потребностей людей.

Первую ситуацию биткоин уже испытал на себе, когда 2 октября 2013 биткоины обвалилась после закрытия сервера по торговле тяжёлыми, запрещёнными наркотиками под названием «Шёлковый Путь» (Silk Road). Внезапно выяснилось, что значительную часть биткоин-сообщества составляли достаточно криминальные личности, которые использовали данное платёжное средство для покупки весьма порицаемого обществом товара.

И вопрос даже не в том, что деньги моральны или же аморальны — в конечном счёте товарищ Веспасиан, сказав Pecunia non olet, был в своём праве: именно он контролировал доступ римлян к общественным уборным и мог легко понять, что взимание платы за большую и малую нужду никак не расстроит денежное обращение Рима, а даже его укрепит.

В случае же биткоин-сообщества — оно не контролирует ровно ничего. Ни те уборные и выгребные ямы, в которые со своими биткоинками лезут их счастливые обладатели, ни тем более, выпуск самих денег.

То есть рецепт повышения курса биткоина прост, как семейные трусы в рупь двадцать: достаточно подключить к биткоин-платежам платёжную систему побольше (ну, например, начать торговать за биткоин электроэнергией или же нефтью) и, вуаля — получите рост курса этой виртуальной валюты. Не хотите роста — с одной стороны всячески зажимайте сферы применения биткоина, а с другой стороны — всячески упрощайте его производство. Ну и, заодно, периодически пугайте хомячков различными вариантами огрести по-полной за их грешки.

Тогда кто-то из фермеров и горняков таки начнёт сливать биткоины, поскольку ему надо рассчитаться за свой новый BFL Jalapeno, а паяльник в его жопе уже торчит и вот-вот будет включен в сеть.

Кроме того, как вы понимаете, в условиях падающей полезности биткоинов для биткоин-сообщества, каждый новый проект будет «откусывать» у биткоина занятый им кусок пирога. Люди, которые сейчас думают начать работать с биткоином, скорее всего, уже подумают много раз, а потом уже начнут работу с другим старапом. Просто потому что там можно стать «королём горы» гораздо проще, нежели на раскрученном биткоине.


vitus_wagner размышляет о возможных способах наделить эфемерный виртуальный биткойн реальной себестоимостью:

Как известно, драгоценные металлы, использовавшиеся в качестве всеобщего эквивалента в прошлые века, обладали какой-никакой, а собственной полезностью. Из золота можно было делать украшения. из серебра - столовые приборы, потом научились серебом паять, а золотом - покрывать контакты для защиты от окисления.

У биткойнов, которые претендуют на то, чтобы обладать в виртуальном мире примерно теми же свойствами, что и драгоценные металлы в реальном, таких полезных применений нет.

Вот я и задумался. а нельзя ли придумать способ использования в качестве валюты результатов распределенных вычислений.


А crustgroup далее рассказывает о том, какая валюта сильнее и от чего вообще зависит стоимость денег:

В предыдущем материале я, на самом деле, совершенно не стремился доказать кому-либо из читателей, что криптовалюта — это бессмысленное начинание. Нет, каждое следующее «рукотворное золото» так или иначе пытается учесть все те ошибки и противоречия, которые снедали предыдущее воплощение мировой валюты, но при этом часто и создаёт свои, новые, «как с иголочки» противоречия и ошибки, которые и губят в итоге очередного претендента на звание «виртуального короля золотой горы».

Вначале нам стоит ответить на вопрос: а для чего нам вообще нужна валюта? И что это такое за слово-то такое?



Слово «валюта» изначально происходит отнюдь не от наименования какой-то захудалой монеты, оно гораздо древнее итальянского словечка valuta, от которого оно произошло непосредственно.

Корнем «валюты» является латинское слово valere, которое означало «быть сильным, иметь возможность, стоить» и произошло, в свою очередь, от очень древнего, ещё пра-индоевропейского корня «вал», означавшего вообще очень простую и очень здравую мысль: «быть сильным».

Быть сильным. Без всяких там стоимостей, возможностей или мелких итальянских монеток.
Быть сильным — это фундаментальное, обязательное условие. Остальное всё уже вторично.

В части трезвой оценки силы любой валюты очень показательны слова одного из политиков прошлого. В мае 1935 года министр иностранных дел Франции Пьер Лаваль обсуждал со Сталиным советско-французские отношения. В ходе беседы он попросил Сталина - «Могли бы ли Вы поощрять распространение религии и католицизма в России? Это бы так помогло мне с Папой Римским». На что Сталин ответил просто: - «О! Папа! И сколько у него дивизий?»

Некоторые трактуют этот ответ Сталина, как непонимание Иосифом Виссарионовичем силы божьего слова по сравнению с силой холодного клинка. Мол, смотрите, сколько кесарей было в мире — а помнят-то его, единого бога.
На деле же Сталин был очень сведущ в вопросах богословия (бывший семинарист, как ни крути) и понимал простую истину: для каждого народа его единый бог — един и вездесущ. Но у каждого народа он свой, личный.

Поэтому, конечно же, предложение Пьер Лаваля о «распространении католицизма в России» ничего, кроме улыбки и едкого замечания о количестве папских дивизий у Сталина вызвать не могло. Поскольку представить себе приход католицизма на православную исторически Русь, да ещё и защищённую в 1935 году мощью коммунистической атеистической идеологии иначе, нежели на штыках, было невозможно. А штыков и пушек у Папы-то и не было. О чём Иосиф Виссарионович и намекнул французскому посланнику. Нет у вас силы, уважаемый. <...>



Как обеспечивается же сила валюты?

Могу сказать, что со времён хана Ибака, который и был изображён на лицевой стороне уральского франка, ситуация с обеспечением силы и доверия к валюте совершенно не изменилась. Да теперь вместо зоркой городской стражи, которая раньше гоняла фальшивомонетчиков, в роли хранителей доверия выступают майнеры биткоина и алгоритмы криптовалюты — или же карающая длань Госбезопасности, водяные знаки и бдительность кассиров в супермаркета — но суть ситуации осталась такой же, как и была в XV веке.

Бессмысленно говорить о валюте, если у неё нет силы и нет доверия, внешнего по отношению к ней. Сама по себе валюта (даже в виде алгоритма криптошифрования) мертва и инертна: вокруг любой валюты необходимо собрать людей, которые будут её поддерживать, защищать, распространять и использовать в качестве денег.

Это и есть настоящая сила валюты. Товарищ Сергей Пантелеевич Мавроди, вот уже несколько раз начинавший проекты своих воровских псевдовалют, всегда прекрасно сёк фишку: заинтересуй людей, организуй массовку, а дальше уже ситуация покатится по накатанной колее — найдутся и агитаторы, которые скажут, что «всем всё платится», найдутся и боевики для защиты офиса, найдётся и толпа для демонстрации под органами местной власти, которые пытаются прикрыть твой воровской бизнес у себя на квартале.



В случае кристально-воровской пирамиды компании МММ нам будет легко рассмотреть и простой механизм, который и отвечает за создание этого внешнего контура «обеспечения силы и доверия», который и встроен в механизм любой валюты. Называется этот механизм просто: сеньораж.

И он с нами не то что со времён хана Ибака или с годов первой МММ. Он с человечеством ровно с тех пор, когда первый протокроманьонец поменял кусок мяса на ракушку каури.

Сеньораж — это доход, получаемый от эмиссии денег. Люди, которые стоят у этого рога изобилия, скромно именуемого «эмиссионный центр», никогда не хотят разглашения всей правды о своей роли в создании, поддержании и развитии валютной системы. Потому что, в общем-то, роль эта воровская и мошенническая с самого начала. Для всех прошлых, сегодняшних и ряда будущих валютных систем. Сеньораж на валюте всегда организуется так, чтобы обеспечить положительную разность между доходом от выпуска валюты в обращение и реальными издержками на «обеспечение силы и доверия», которые затрачиваются эмитентом валюты. <...>

Сейчас многие увлечённо и самозабвенно ругают фиатные деньги. и, в первую очередь, именно за то, что они сильны. Сильны тем, что снизив значительно снизив сеньораж по сравнению с золотом, они смогли легко завоевать гораздо больше доверия за ХХ век и создать гораздо больше силы для своей защиты.
Это связано с простым фактом: не решив вопрос распределения эмиссионного дохода, бумажные деньги, тем не менее радикально уменьшили затраты на своё поддержание в состоянии валюты.

Проблема золота, как я сказал, состояла (и состоит) именно в том, что оно изготавливается из материала, который и сам имеет какую то физическую и рыночную стоимость. С физической стоимостью вообще не получается играть ни в какие игры (смотри график геологоразведки и фото грузовичка в карьере), не сильно и поиграешь с рыночной стоимостью — месторождения золота трудны в освоении, редки и требуют сложного, загрязняющего природу производства. В общем, нуегонафиг такую валюту. То, что на экране компьютера выглядит, как весёлые жёлтые монетки, в реальности представляет собой адскую мельницу человеческого времени и ресурсов цивилизации.

Ещё веселее будет картина при переходе к электронным формам носителей стоимости валюты. Как вы понимаете, современная «печать денег» в рамках какого-нибудь очередного QE не требует для своего проведения даже закупки бумаги или типографской краски. Миллиарды долларов производятся «из ничего», но ценность каждого из них вполне сопоставима с ценностью доллара лежащего у вас где-нибудь в шкатулке на трюмо в гостинной. Более того, ваш доллар может частично сгореть, промокнуть или порваться — и его будут обязаны принять и учесть у вас назад даже в таком ущербном состоянии. Ноликам же в числе 1 000 000 000 долларов не грозит ничего — они вечны до тех пор, пока центробанк контролирует систему счетов в каждой из стран. Более того — в эту систему очень трудно проникнуть злоумышленникам. Современные сеньоры очень ревностно следят за состоянием своего эмиссионного рога изобилия.

Ну а теперь о главном. О криптовалютах.

Да, криптовалюты сделали громадный шаг в деле привлечения к сеньоражу не просто избранной группы лиц, а максимально широких слоёв заинтересованных людей. Но, как мы видим сегодня на примере биткоина — алгоритм вовлечения в систему обеспечения «силы и доверия» для этой криптовалюты был выбран достаточно неудачный: уже менее, чем через четыре года после начала деятельности проекта сеньораж биткоинов уже сосредоточился исключительно в руках специализированных корпораций по добыче этого «виртуального золота».


Готов ли ты догнать его, Анонимус? Будь мужиком, борись с системой!

При этом база привлечения новых членов пирамиды для биткоина уже утеряна: никому неинтересно тратить сотни часов своего машинного и человеческого времени на защиту чьих-то чужих монеток.

Большинство людей, как я сказал уже в прошлой статье и в комментариях к ней, сегодня уже отодвинуты вдаль от возможности участия в прибылях от сеньоража биткоин-системы и, скорее всего, просто поставят биткоины куда-то на одну полочку с Wesern Union-ом, PayPal-ом, WebMoney, Сбербанком и Почтой России. «Ну да, есть такая система переводов, и чё? Какой мне от неё толк?»

Часть товарищей сохранит свои нажитые непосильным преступным трудом деньги в биткоин-кошельках. Ожидая, понятное дело, роста курса биткоина по отношению к другим валютам. Но, скорее всего, тут их ждёт литературный облом: как сказал бы товарищ Сталин «У биткоина в России вообще нет и одной дивизии».

Ну а как могут спокойно и непринуждённо решить вопрос в тех же США — я показал вам на наглядном, историческом примере. Часть товарищей, конечно, решит, что биткоин им даст вожделенную анонимность. Власти не найдут нас, мы неуловимы! Не буду вас разочаровывать. Кошельки — анонимны. А вот вся остальная наша жизнь в большом городе, увы, уже нет. Можно, конечно уехать для покупки биткоинов куда-нибудь в тайгу, но там, увы, у биткоина нет не то, что дивизий — там даже нет Интернета, без которого он не хочет работать. Да и там, в общем-то, вам некуда будет его потратить. Там берут максимум рубли. Если захотят.

Потому что за каждой валютой стоит сила людей. Если же люди считают, что валюта несправедлива — они её просто не поддержат. Главное в отношениях — это доверие. Основанное на силе, потому что пока другого не придумали.


Виртуальные деньги в чужом кармане считала
редакция кириллического сегмента LiveJournal
Tags: main, деньги, технологии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments